До этого проходил другой курс. В обращении после запоя пришлось признать, что прежние попытки повторяются. Удалось спросить даже о неловких вещах. До обращения пытался сравнивать себя со знакомыми и успокаиваться этим. В начале хотелось поскорее перейти к ответам, но сперва пришлось объяснить обстоятельства.

Перед капельницей пришлось впервые собрать жалобы в один рассказ. Жалобы пытался описывать в том порядке, как они появлялись. Основное разобрали, но разобрался после второго уточнения.

В выборе кодирования меня смущали противоречивые советы знакомых. Не торопили, пока сверялся с заметками. Некоторые вопросы звучали наивно, но пропускать их не хотелось.

О программах реабилитации отца спрашивала как человек, который будет рядом. Основное разобрали, но последний вопрос так и не успела задать. Некоторые подробности отец вспомнил только после моего вопроса.

Обратились с мужем. Муж рассматривал кодирование, и я присутствовала на предварительном разговоре. Некоторые подробности супруг вспомнил только после моего вопроса. Пришлось говорить честнее, чем привыкла при обычных расспросах знакомых. Обращение запомнилось выговорами, а не разговором.

Старое лечение отца мы с ним запомнили по-разному. Разобралась без поиска расшифровок в телефоне. Я больше замечаю домашний распорядок, чем то, что он рассказывает о работе. До встречи представляла происходящее по рассказам знакомых, и эти ожидания мешали сосредоточиться. Отдельные события вспоминала по датам в телефоне, иначе путалась в последовательности. Из-за волнения иногда отвечала короче, чем требовал вопрос.