На прием пришли вдвоем, чтобы потом не пересказывать объяснения друг другу. Разговор о совместном обращении с родственником не превратился в нравоучения. Хотелось чуть меньше сложных слов, а в остальном все спокойно.

Из чужих рассказов было трудно понять, как устроена реабилитация. Раньше мне было трудно говорить о реабилитационной программе без желания все приукрасить, поэтому в этот раз хотелось хотя бы не ограничиваться привычным ответом, что все под контролем. Мне не предлагали соглашаться, пока оставались непонятные моменты. В разговоре о реабилитационной программе не хватило короткого итога. Выйдя после приема, я еще какое-то время перечитывала свои записи. Из-за волнения не все укладывается сразу, и мне проще вернуться к объяснениям уже без спешки.

На очередной прием пришла, хотя окружающим уже казалось, что все позади. Никто не требовал изображать, что у меня больше вообще нет сомнений. Не пришлось делать вид, что мне сразу все понятно.