Месяцами находил причины отложить. Перед домашним визитом переживал, что не сумею толком описать состояние. У встречи были полезные моменты, но ожидал большего. Рядом лежали документы, которые обычно забываю взять с собой. Старался называть конкретные события, а не ограничиваться словами о тяжелом периоде. До приезда врача пытался собраться с мыслями, настолько непривычен был этот разговор. Помогало опираться на недавние события вместо длинного пересказа всей жизни.

Основное разобрали, но не сразу разобралась, но повторное пояснение помогло. На встречу для наблюдения взрослый сын попросил взять мои записи о последних днях. В семье привыкли судить о происходящем по разным признакам.

Начинать помощь собирался во время свободной недели, это и обсуждал. В остальном полезно, но термины потребовали небольшого отступления. Некоторые бытовые решения зависели от участия семьи.

К предварительной встрече перед кодированием отнесся серьезнее, чем к чужим советам. На предыдущем разговоре часть важных для меня вещей даже не пришла в голову. Сложнее всего было признать ограничения, которые пока нельзя просто убрать из жизни. Не предлагали делать вид, будто других забот нет.